Проблема заёмного труда касается каждого

 
Публикация 10 из 44 по теме Рынок труда

Недавно в Москве, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде и Магнитогорске прошли забастовки курьеров Delivery Club и акции в их поддержку. Причина — задержка зарплаты. Более 300 курьеров остались без денег на два месяца, вследствие чего некоторые были вынуждены спать на улице и питаться хлебом и водой.

Как такое вообще могло случиться. Как настолько большая компания, как Delivery Club, могла допустить такую халатность. Даже если отбросить человеческие факторы (честность, ответственность, сострадание и так далее), у компании есть репутация, капитал доверия людей, который легко обнуляется событиями вроде забастовок рабочих.

Копнув совсем чуть-чуть, журналисты ЛАЙФ удивились тому, что скандал не случился раньше. Если не с Delivery Club, то с какой-нибудь другой компанией. Ведь сервис доставки еды — лишь одна из немногих организаций, которая пользуется услугами, скажем так, серого рынка труда. Или, как его ещё называют, рынка заёмного труда.

Три ненавистные буквы — ГПХ

Путёвкой в нищету для доставщиков еды зачастую становится договор оказания услуг, который используется при найме курьеров повсеместно. Чем так плох договор оказания услуг? Тем, что он носит гражданско-правовой характер (ГПХ), а не трудовой.

Согласно ГПХ, работа обладает фиксированным объёмом, а не бессрочным, в отличие от ТД. Отношения двух лиц начинаются с заключения договора и заканчиваются в момент завершения работы. Например, гражданин А просит гражданина Б выкопать яму глубиной пять метров за семь дней. Гражданин А обязуется заплатить за это гражданину Б 5000 рублей. Сила договора иссякает, когда гражданин Б отчитывается о выполненной в срок работе перед гражданином А.

Проще говоря, договор ГПХ был придуман только для фиксации деловых отношений между физическими или юридическими лицами в рамках коммерческой деятельности.

Формально ГПХ не может заменять трудовой договор. Но фактически это случается часто. Казалось бы, ничего страшного. Ведь главное — отношения зафиксированы на бумаге и зарплата ежемесячно «капает» на карту. Но по факту это страшно. Ведь при «трудоустройстве» по ГПХ работник становится бесправным по отношению к работодателю. И та же зарплата может сгореть из-за штрафов, выписанных по разным причинам. Яма, например, оказалась глубиной не пять метров, а 4,9 метра, и копалась она не семь дней, а семь с половиной.

 В Трудовом кодексе РФ написано, что отношения работника и работодателя могут строиться только на основе трудового договора. В первую очередь потому, что трудовой договор порождает обязательства работодателя. В них входят отчисления из заработной платы страховых взносов в Пенсионный фонд, Фонд социального страхования, Фонд медицинского страхования, — объяснил Александр Сафонов, проректор и профессор Финансового университета при Правительстве РФ. На основе упомянутых отчислений работник получает право в будущем претендовать на пенсию или оплачиваемые больничные дни. Проще говоря, ТК обеспечивает защиту труда. — ГПХ, в свою очередь, позволяет всё это обнулить.

ГПХ разрешает работодателям сильно экономить на работниках, поэтому многие компании массово злоупотребляют этой формой договора. Александр Сафонов согласен с тем, что подмена трудового договора гражданско-правовым является социальной проблемой.

Но просто по ГПХ заманивать людей компаниям в последнее время становится не так интересно. Ведь у них появилась новая лазейка для ещё большей экономии: сначала оформлять курьеров как самозанятых, а потом уже подписывать договор оказания услуги.

Всё, что не запрещено, — разрешено

Наём работников по ГПХ является частью так называемой скрытой формы заёмного труда. Заёмный труд — это вид занятости, при которой работник выполняет указания организации, не являющейся его фактическим работодателем. Рекрутером и работодателем в данном случае выступает фирма-подрядчик, которой заказчик платит за аренду рабочей силы.

Если вы читали наш материал про забастовку курьеров Delivery Club, то наверняка знаете, что похожей схемы и придерживается агрегатор. В самой компании Delivery Club не работает практически ни одного курьера. Каждый доставщик, несмотря на брендированную форму, оформлен в другой компании, которую сервис называет «логистическим партнёром».

Именно поэтому в ситуации с забастовкой интернет-компания практически складывает с себя ответственность и винит недобросовестного подрядчика. Что фактически и юридически является правдой. Однако совсем розовым и пушистым агрегатор при этом не становится.

Чтобы объяснить почему, обратимся к истории. В 2014 году Госдума приняла Федеральный закон № 116-ФЗ, который запрещает заёмный труд. При этом формы отношений работодателя и работника, именуемые аутсорсингом и аутстаффингом, остались вне действия нового закона. Точнее — они остались незапрещёнными и, как следствие, нерегулируемыми.

Аутстаффинг —это вывод сотрудников работодателем за штат с последующим их переоформлением в другую компанию, к подрядчику. При этом в идеале между подрядчиком и работником даже сохраняются трудовые отношения. Но нередко они заменяются договором ГПХ — под угрозой или же при условии повышения зарплаты ввиду экономии на обязательных налоговых и страховых выплатах.

Аутсорсинг — это привлечение заказчиком рабочей силы без введения в штат через компанию-подрядчика, которая является работодателем. При этом фактически подрядчик не предоставляет рабочую силу в заём, а оказывает услугу по выполнению работ. Именно в этом и скрыт уход недобросовестной компании от закона.

Согласно исследованию скрытых форм заёмного труда в российской экономике, авторами которого являются уже знакомый вам Александр Сафонов и Сергей Песков, фактически понятия «аутсорсинг» и «аутстаффинг» в большинстве случаев сегодня являются идентичными.

Когда принимался закон, запрещающий заёмный труд, люди исходили из предположения, что если запретить, то, значит, и не будет. Инициаторами этого закона выступили профсоюзы. Они не моделировали ситуацию и не думали о том, что жизнь намного сложнее. Они не предположили, что, поскольку есть спрос на этот вид деятельности, будут найдены юридически возможные формы реализации заёмного труда, — уточнил Александр Сафонов.

По его словам, запрет не сработал, потому что у государства нет ресурсов для контроля его соблюдения. В качестве аналогии профессор привёл ситуацию с наркотиками. Дескать, распространение наркотиков в России запрещено, но люди всё равно умудряются их покупать и употреблять. — Дешёвая рабочая сила — это своего рода наркотик для бизнеса. Потому что она позволяет не просто экономить на зарплате, но и не думать об инвестициях в высокотехнологичное производство, — подчёркивает эксперт.

Нет штата — нет проблем

Чем руководствуется компания, когда покупает услугу аутстаффинга или аутсорсинга? Логика примерно такая: нет штата — нет проблем. Под проблемами в первую очередь подразумевается раздувание зарплатного фонда. Сергей Песков отметил, что от фонда на все обязательные выплаты уходит до 43%! Тогда как при оформлении как самозанятых эту долю оптимизируют до 6%.

Конечно, это спорный момент. Ведь курьеры подвергаются опасности на работе, им требуется охрана труда, нужно следить, чтобы они не перерабатывали себе во вред (все мы помним, как курьер умер от переутомления и сердечного приступа). Но работодателям невыгодно рассматривать курьеров как работников и оплачивать им больничные, отпуска и, главное, ЕСН. Это очень важная тема, которая сегодня много где обсуждается. Но общего решения пока нет,— объясняет Жанна Волкова, директор по маркетингу Kelly Services, эксперт Ассоциации частных агентств занятости (АЧАЗ).

Второстепенными бонусами аутстаффинга и аутсорсинга для заказчика является разгрузка бухгалтерии и отдела кадров. Что, в случае когда работодателю приходится иметь дело с мигрантами, удобнее вдвойне. Поскольку трудоустройство граждан соседних стран всегда сложнее. Также за ним пристальнее следят ведомственные организации.

В конце концов, прибегая к услугам подрядчика, заказчик в ряде случаев получает возможность сохранить за собой право на упрощённую систему налогообложения.

Игра на подавление

В Федеральном законе № 116-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» говорится, что заниматься набором персонала и предоставлять труд работников могут частные агентства занятости (ЧАЗ) и «другие юридические лица». То есть ЧАЗ и «другие юридические лица» и являются теми самыми подрядчиками.

Александр Сафонов объясняет, что формулировка «другие юридические лица» была оставлена, чтобы подбором персонала могли заниматься государственные центры занятости и выделенные структурные подразделения крупных компаний.

На самом деле эту формулировку надо усовершенствовать. Надо понимать, что, когда речь идёт о коммерческой деятельности, именно ЧАЗ и должны заниматься подбором персонала, — продолжает Александр Сафонов.

Авторы исследования о заёмных формах труда обращают внимание, что, давая заключение по этому закону, Госдума прописала, что аутсорсинг услуг не является формой заёмного труда и, как следствие, не является запрещённым. Но! При этом законодательный орган заявил, что необходимо разработать критерии для чёткого разделения «заёмного труда» и «аутсорсинга услуг». С момента принятия закона прошло более трёх лет, а воз, увы, и ныне там: эти критерии до сих пор не прописаны.

Впрочем, даже вне этого момента в реализации закона хватает проблемных мест. Взять, например, ЧАЗ. С одной стороны, их существование должно сократить объём серого рынка труда в РФ. Поскольку ЧАЗ — это организации, деятельность которых регламентирована законом. Кто угодно и с бухты-барахты открыть ЧАЗ не может. Организация, претендующая на данный статус, должна пройти государственную аккредитацию, которая влечёт за собой выполнение целого ряда требований.

С другой стороны, в рамках упомянутого исследования было установлено, что в России существует около 110 тысяч предприятий типа ИП, ООО и не только, которые выполняют функции ЧАЗ. При этом только 1452 организации прошли государственную аккредитацию. Остальные 108 500 компаний, получается, если не нарушают закон, то точно эксплуатируют несовершенство российского законодательства.

Сказать, что курьерские службы нарушают закон, вы не можете. Потому что по закону они относятся к тем самым «иным юридическим лицам». Вот в чём коллизия, — уточняет Александр Сафонов.

Возникает вопрос: а почему этих наглецов не разоряют надзорные ведомства? Александр Сафонов нам объяснил, что при обнаружении признаков системного взаимодействия работодателя с работником без трудового договора на недобросовестную компанию можно пожаловаться в Роструд или прокуратуру.

В идеале за жалобой должна нагрянуть инспекция, но, увы, этого может и не случиться. Ведь, по словам эксперта, «возможности выявления этих нарушений у Роструда очень слабые».

У них всего лишь полторы тысячи инспекторов, а юридических лиц в России зарегистрировано около четырёх с половиной миллионов, — подчёркивает эксперт. В том числе и поэтому, по словам профессора, добиться перевода ГПХ в ТК даже после жалобы в надзорные органы удаётся нечасто.

Проще говоря, недобросовестные работодатели берут количеством. Они не боятся нарушать закон, поскольку знают: вероятность того, что до них дойдёт проверка, крайне мала. Отчёт Роструда за 2019 год это только доказывает. Согласно документу, только 11% жалоб приводят недобросовестных работодателей к штрафам. Доля обращений, которые приводят к возбуждению административного преследования, — 3%.

Более радикального мнения придерживается Сергей Песков из общественного движения «Труд». Он считает, что надзорные ведомства «всё видят и знают», но очень поверхностно борются с проблемой и «часто закрывают глаза или вовсе входят в коррупционный сговор».

Как пример — конфликт строителей в аэропорту Шереметьево 17 июля. Транспортные следователи заявили, что информация о невыплатах зарплаты рабочим-строителям в аэропорту Шереметьево не подтвердилась. С бумагами всё в порядке. А на самом деле? Не исключено, что строители по договорам получают копейки, а остальная зарплата идёт по традиционной серой схеме. Поэтому вывод СК не имеет никакого смысла, — считает эксперт.

А ЧАЗ тоже в каком-то смысле расписываются в беспомощности, обсуждая проблему заёмного труда в России. По словам представителя ассоциации, в идеале государственная аккредитация компании, которая берёт на себя роль ЧАЗ, необходима: без неё клиент не купит услугу предоставления труда работников в соответствии с законом № 116-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ».Но как близка действительность к идеалу?

Проблема в том, что многие клиенты, даже крупные компании, даже полугосударственные монополии, закрывают глаза на то, что им предоставляют не временный труд работников, с которыми заключены трудовые договоры, а некое серое решение по аутсорсингу, где людям платят в конверте и где у сотрудников не соблюдаются трудовые права,— объясняет Жанна Волкова. Она подчёркивает, что это происходит из-за экономии или, чаще, из-за коррупции внутри крупных компаний. И, пока не будет политической воли на прекращение такой практики, ничего не изменится.

Так у кого же Delivery Club и «Яндекс.Еда» нанимают курьеров?

Что до сервиса «Яндекс.Еда», то эта компания работает если не полностью чисто, то хотя бы прозрачно. Так, мы убедились, что два её подрядчика из 21 действительно зарегистрированы в реестре ЧАЗ. Но при этом и остальные 19 организаций нанимают людей по ГПХ и как самозанятых.

Все курьеры [компаний] Delivery Club, «Яндекс.Еда» и прочих сервисов, я думаю, работают не по трудовой. Курьером по трудовой, наверное, можно устроиться в компанию, которая не связана с едой. Но, если честно, куда бы я ни устраивала людей на позицию курьера, везде идёт оформление как самозанятого и по ГПХ, — рассказала нам одна из операторов компании «КСК-Эйч ар», которая занимается подбором персонала для сервиса «Яндекс.Еда».

«Ну как так-то? Их не проверяют что ли?!» — подумает кто-то. Федеральный закон № 294 ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» гласит, что плановые проверки проводятся не чаще чем раз в три года. И вот какое совпадение. Согласно исследованию, подавляющее большинство из 110 тысяч компаний, которые нелегально ведут деятельность ЧАЗ, существуют менее трёх лет. Когда подходит срок, они ликвидируются, а потом заново создаются.

Из 21 партнёра сервиса «Яндекс.Еда» трёхлетний срок перешагнуло только шесть компаний. При этом менее чем за год компания сменила семь логистических партнёров. Из 19 действующих компаний в 2019-м до 2020 года дожило только 12. Из этого можно сделать как минимум один вывод: агрегатор часто меняет партнёров.

Delivery Club же, повторимся, названия своих партнёров не раскрывает. Что, по словам Сергея Пескова, является нормой для компаний, которые закупают в скрытых формах заёмный труд под видом аутсорсинга.

Причина здесь одна: безопасность своих подрядчиков и собственная безопасность бизнеса от излишнего внимания проверяющих органов. Все компании — пользователи заёмного труда прекрасно понимают, что все их подрядчики являются недобросовестными исполнителями трудового и налогового законодательства. И причина не в подрядчиках, а в тех ценах, которые диктуют сами заказчики заёмного труда, вынуждая подрядчиков нарушать законодательство,—убеждён председатель общественного движения «Труд» Сергей Песков.

При этом он отмечает, что случай с курьерами Delivery Club входит в общую систему. Использование заёмного труда в скрытых формах применяется вообще повсеместно.

Не только эти [агрегаторы] компании, но и десятки тысяч других осознанно, для личной выгоды пользуются скрытыми формами заёмного труда. К сожалению, пробелы в законодательстве позволяют компаниям-пользователям усложнять экономические, правовые и коммуникационные связи с работниками через посреднические структуры, переводя в договоры оказания услуг,— подчёркивает Сергей Песков.

В трудовом конфликте с курьерами, по мнению эксперта, выявилась проблема несовершенства корпоративного управления в компаниях Mail.ru Group и Сбербанк, которые владеют Delivery Club. На примере забастовок мы увидели полное отсутствие компетенций «управление рисками», что, считает Песков, на самом деле очень странно.

В подрядчиках у агрегатора — фирмы с признаками однодневок. Почему? Сервис — жёсткий дискаунтер, который заставляет своих «логистических партнёров» становиться недобросовестными исполнителями трудового и налогового законодательства. В Delivery Club отсутствует анализ трудовых и налоговых рисков закупочных цен на курьерские услуги. Подрядчики выбираются по итоговой цене без детализации по статьям расходов,— объясняет эксперт из общественного движения «Труд».

При этом не очень просто стать партнёром Delivery Club. В компании установлена многоступенчатая процедура согласования партнёров с обязательным интервью генерального директора подрядчика службой безопасности DC.

Сам эксперт уверен, что Delivery Club является пользователем заёмного труда, маскирующегося под аутсорсинг.

Сервисы доставки еды — лишь капля в море

Курьерские и транспортно-логистические компании, согласно исследованию, далеко не самая большая сфера, которая пользуется услугами серых ЧАЗ. По данным на конец 2019 года, в болоте заёмного труда погрязло почти 18 миллионов человек. И только 1,44 миллиона приходится на курьерские и аналогичные им сервисы. Самые большие заказчики рабочей силы — это производственные и складские услуги (5,13 миллиона), клининг (3,34 миллиона) и услуги розничной торговли (2,57 миллиона).

Просто Delivery Club и «Яндекс.Еда» — одни из самых крупных и заметных для СМИ компаний, которые пользуются серым рынком труда. На их оплошности общественность реагирует острее и чаще. Это касается и недавних забастовок у офиса Mail.ru и смерти курьера сервиса «Яндекс.Еда» в 2019 году.

Впрочем, мы бы не хотели выгораживать подобные сервисы совсем. Если ничего не поменяется, к концу года курьерские и транспортно-логистические компании могут в этом рейтинге взлететь выше. В Delivery Club во время забастовок хвалились тем, что формируют рынок труда.

Доставка еды и продуктов — новый рынок труда, благодаря которому нуждающиеся во временной подработке или дополнительной к основному месту работы занятости могут быстро найти такую возможность,— гласит один из комментариев Delivery Club.

Косвенно подтверждают наше предположение и слова представителя АЧАЗ. В организации отмечают, что во время коронакризиса и изоляции наблюдался бурный рост сервисов доставки. Определённый спрос, говорят там, сохранился и сейчас.

Также мы видим рост в секторе товаров народного потребления (пищевой и непищевой ретейл, бытовая электроника, товары для дома и сада, мелкого ремонта и так далее). Продолжает уверенный рост индустрия IT/Telecom и, конечно, фармацевтика,—отмечает Жанна Волкова.

Проблема заёмного труда касается каждого

Важно понимать, что проблема нарушения прав работников в России настолько масштабная, что касается каждого гражданина. Даже того, кто работает у добросовестного работодателя в белую. Ведь из-за серых схем, повторимся, денег недополучает и целый ряд госфондов.

Согласно исследованию, на которое мы неоднократно ссылались, только Пенсионный фонд и внебюджетные фонды ежегодно недополучают 6,5 миллиарда рублей. Ещё больше — 7,1 миллиарда рублей — государство теряет на неуплате НДС. Более 90% налогов с заработной платы и НДС в этой сфере не уплачивается в бюджет. При этом, исходя из исследования, год от года объём серого рынка труда отнюдь не уменьшается, а, наоборот, растёт быстрыми темпами.

К тому же возрастает социальная напряжённость в обществе. В том числе среди трудовых мигрантов из ближнего зарубежья. Ведь более 60% людей, повязанных заёмным трудом, являются приезжими.

Ибрагим Худайбердиев, председатель Всероссийского конгресса узбеков и узбекистанцев (ВКУУ), говорит, что в курсе проблемы курьеров. Организация не поддерживает митинги и забастовки, но готова оказать попавшим в сложную ситуацию юридическую помощь. ВКУУ выступает за соблюдение российского законодательства в целом и Трудового кодекса РФ в частности.

У Delivery Club нет офиса или любого другого физического представительства. Это интернет-компания, которая заключила договоры с подрядчиками, со стороны которых имеется много правонарушений. В частности, нарушений миграционного законодательства России,— говорит Ибрагим Худайбердиев о проблеме курьеров.

На данный момент ВКУУ разбирается только с подрядчикам Delivery Club. При этом в целом организация в курсе, что в России не только за счёт этого агрегатора процветает бизнес недобросовестных работодателей, которые уходят от налогов, массово ущемляют права граждан «и работают только на свой карман».

90% рабочей силы подрядчиков являются иностранцами. Договоры заключаются с ними не трудовые. При этом допускаются всевозможные нарушения. В частности, медико-санитарные. У них всё выстроено на понятийном уровне и на условиях купли-продажи,—считает Ибрагим Худайбердиев и добавляет, что это происходит практически везде, где есть представительства подрядчика Delivery Club. В ВКУУ насчитали 30 регионов. Организация планирует довести обсуждение этого вопроса «до серьёзных инстанций независимо от их крыши».

Пациент скорее жив, чем мёртв — его можно вылечить

Авторы исследования профессор Финансового университета при Правительстве РФ Александр Сафонов и председатель общественного движения «Труд» Сергей Песков делят свои рекомендации на три блока: правовые, экономические и организационные.

В первом случае эксперты советуют легализовать заёмный труд, но только в рамках белых ЧАЗ. Во всех остальных случаях — запретить. Нарушителей запрета — наказывать. Причём наказывать надо не только дающую рабочую силу сторону, но и принимающую.

Во втором — облегчить налоговую нагрузку на легальные ЧАЗ. В частности, эксперты предлагают в рамках эксперимента ограничить все обязательные отчисления ЧАЗ до 15% от зарплатного фонда. А также установить для ЧАЗ минимальную оплату труда работников от 200 рублей в час.

В третьем —создать цифровую платформу для выявления недобросовестных работодателей, контроля рабочих мест для иностранцев, ведения учёта работников, направляемых на объект заказчика, взаимодействия ЧАЗ с региональными центрами занятости.

Источник

<< Unilever признан самым привлекательным работодателем в секторе FMCG в целевых университетахQ2 2020: Выжить после шторма >>